О «как лучше» и о «как всегда»

Я не сомневаюсь в том, что наши политики хотят как лучше. Иногда у них даже получается, но, к сожалению, происходит это обычно по «местным» вопросам, касающихся небольших и в основном секториальных проблем. Когда же дело доходит до решения глобальных задач, это «как лучше» почему-то начинает стремительно уходить в сторону «как всегда».

Возьмем, к примеру, тему газа. Газ нужен и точка, обсуждение идет уже долгие годы.  Для того, чтобы снизить цены и дороговизну жизни — в Кнессете война. И вот как раз, удачное совпадение, есть результаты, цены на электричество снижаются на 6%. Так и должно быть в «газовой» державе! Вот только, как выяснилось из пояснений, снижаются они из-за того, что Электрическая компания увеличила использование угля, а цена на тот упала почти на 17%. Уголь?! Какой уголь, мы уголь не добываем! У нас газа много и будет еще больше. Как обещает правительство, лет через десять куда не посмотри, все на газу будет. Но это потом, а пока — снова таки как выяснилось — использование газа из наших месторождений цены на электричество снизить не может, поскольку Электрическая компания покупает его по очень высокой цене. Так о чем они там в Кнессете ругаются?

Или вот еще одна интересная заковырка. Министр финансов очень хочет, чтобы на рынке жилья стало как лучше. Но поскольку к министерской должности волшебная палочка не прилагается, он пока  делает все возможное, чтобы убить спрос на рынке жилья.  Логика проста — нет достаточно жилья, так и нечего его покупать, повышая при этом цены. Сидите тихо и ждите, особенно это касается инвесторов. Хотя на данном этапе трудно понять, кто они — эти самые инвесторы. Либо это богатые израильтяне, либо те, кто не желает держать деньги на сберегательных программах под нулевой процент и кормить банки, либо те, кто при зарплате в три тысячи шекелей покупают в Тель Авиве квартиры за два миллиона шекелей (в Минфине понятия не имеют как это возможно и уже назвали этот феномен «Парадоксом Тель Авива»). Так или иначе, может Кахлон и хочет как лучше, но здравый смысл говорит, что падение спроса — это плохо. Доходы государства падают, подрядчики остаются с непроданными квартирами, что отрицательно влияет на их финансовое положение, а значит и на положение всех, кто связан с этой отраслью. Когда в прошлом июле спрос на жилье упал почти на 40%, то заголовки говорили о том, что подрядчики «получили удар в лицо». Но тогда спрос упал из-за военной операции, а это же совсем другое дело! Форс мажорные обстоятельства! А вот если количество сделок рухнуло на 50% в июле этого года благодаря телодвижениям министра, то это уже хорошо и по плану. И конечно же подрядчикам от этого легче. Потому что министр хочет как лучше! Пока что остановить покупателей очень трудно, финансовые рынки действуют против министра. А идти против рынка — это как идти до ветру против ветра. Но ситуация на рынке может вдруг измениться и тогда  все принятые министром меры в одно мгновение заморозят рынок. У подрядчиков останется море непроданных квартир и начнутся финансовые проблемы, в казне у государства, живущего в глубоком минусе, образуется огромная дыра из-за прекращения поступления налогов, масса людей потеряет работу, что приведет, в конце концов, к желанному падению цен — и в результате все выйдет как всегда. Черный сценарий? Опыт (сын ошибок трудных) говорит о том, что когда все верят в одно, обычно происходит нечто абсолютно противоположное.

И наконец, последнее и самое актуальное — снижение налога на алкоголь. Скажу честно, я не понимаю где здесь «как лучше» с точки зрения Минфина. Возможно, это как-то связано со снижением НДС: чтобы израильтяне не дай Б-г не побежали откладывать сэкономленные 50-100 шекелей на сберегательные программы, а потратили их на пиво и крепкий алкоголь. Я к алкоголю равнодушен, но если бы мне позвонил Кахлон и сказал, что он решил пойти навстречу народу и поэтому в этом году все школьные выплаты в течение года он берет на себя  — я бы пригласил его на пиво, которое на 46% дороже.

Мы опускаем НДС. Для кого? Для чего?

На самом деле, право задавать вопросы мы все потеряли 17 марта. И Нетаниягу и Кахлон получили достаточно мандатов, чтобы чувствовать себя правильными людьми на правильном месте. И даже если у нас возникают в этом сомнения — свои сомнения мы можем оставить при себе. Нетаниягу и Кахлон знают, что лучше для нас, и сейчас для нас лучше снижение НДС на 1%. Хотя из пояснений главных героев трудно понять, почему именно это лучше для нас. Нетаниягу подчеркнул, что темпы экономического роста падают, высокие налоги не позволяют исправить ситуацию и поэтому налоги надо снижать. Но если снижение налога на прибыль компаний на 1,5% еще хоть как-то можно привязать к теме, то НДС совсем никак. Действительно, частное потребление является один из важных двигателей экономики и действительно, статистика показывает, что его уровень падает, но снижение НДС на 1%? Подсчеты показывают, что даже если снижение НДС с 18% до 17% полностью дойдет до потребителя (чего не произойдет), то это отразится в экономии в среднем 90 шекелей в месяц на семью. Потому что ипотека не имеет отношения к НДС (так же как и ссуды), овощи-фрукты тоже. Вот и остается в среднем менее 100 шекелей. Тоже деньги конечно, но предположить, что это даст толчок уровню потребления?! Что касается снижения налога на прибыль компаний, то израильская промышленность страдает под тяжестью низкой производительности труда, бюрократии, жесткой конкуренции и мировых валютных войн — и со всеми этими проблемами  правительство предоставляет ей право справляться самой. Если сможет.

Что касается Кахлона, то тот просто обязан что-то дать избирателям. Цены на квартиры не падают, рынок сотовой связи трясет, с газом проблемы, а разрабатываемый его министерством бюджет на 2015-2016 годы выходит на удивление корявым благодаря стараниям Нетанигу и партнеров по коалиции. Размер Минобороны до сих пор не известен, но все знают, что он значительно вырастет. Размер бюджета Минпроса почти достиг бюджета Минобороны, но просвещению от этого никакой пользы. Более 80% бюджета идет на зарплаты и пенсии, миллиард шекелей уйдет в ультраортодоксальные школы, то есть никаких революций ждать не стоит, кроме еще одной нянечки в садах и долгосрочной программы по изучению математики. Бюджеты всех министерств будут сокращены на 4%, а бюджетный дефицит увеличится до 2,9% не потому, что кто-то будет вкладывать деньги в развитие Израиля, а потому что (среди прочих коалиционных плюшек) бюджет йешивот вырос на 74%, бюджет Министерства религий в 4 раза, бюджет еврейской культуры в 2,5 раза и так далее.

Вот Кахлон и пытается подсластить пилюлю, тем более, что налоговые сборы намного превысили прогнозируемые. Проблема только в том, что дополнительные миллиарды в казне  не появились благодаря тому, что правительство успешно борется с черным капиталом и не благодаря росту производства и развитию экспорта. А во многом благодаря кипящему рынку жилья (который сам же Кахлон пытается остудить), налогам на биржевую прибыль (что тоже видимо позади), всплеску спроса на рынке новых автомобилей и еще одиночным сделкам на рынке высоких технологий. Завтра всего этого может не быть, а снижение НДС будет стоить государству почти 5 миллиардов шекелей в год. Министр финансов это понимает и поэтому уже подчеркнул: мол, я вам сейчас даю по 90 шекелей в месяц, но если станет плохо — заберу. Так может и не надо? Может лучше бюджетный дефицит сократить, или частным предпринимателям помочь? Или родителям, которые сейчас тысячи шекелей перед школой выложили, просубсидировать школьные выплаты в течение год и летние лагеря на следующий год?

Непонятно зачем и куда торопится министр финансов. До конца года еще четыре месяца. Которые могут быть полны сюрпризов. А если прогнозы ЦСБ окажутся верными, в чем сомневается Кахлон, то наша экономика входит в непростой период, и тогда министру финансов Кахлону может не хватить тех миллиардов, которые политик Кахлон раздает сейчас. 

Жить страшно

Жить страшно. Я не про тающие ледники, падающие самолеты и сумасшедшую биржу. И даже не про задержанного в Кфар-Сабе геронтофила, хотя вечерние пробежки в городском парке становятся несколько проблематичными. Я о том, что завтра я могу стать никому ненужным или, как сейчас модно говорить, прозрачным. Не могу сказать, что подобные мысли не посещают меня время от времени, но публикации об отъезде Михаила Калганова заставили вновь серьезно задуматься о проблеме. В конце концов, у каждого бывают тяжелые моменты в жизни, когда остаешься без работы или оказываешься на перепутье,  и каждый из нас надеется, что с помощью друзей, знакомых — близких и дальних, коллег — нынешних и бывших, сможет найти место работы или получить интересное предложение. Нас постоянно учат расширять свою социальную сеть, заводить и поддерживать новые знакомства, много общаться, чтобы при необходимости было к кому обратиться за помощью. Не знаю, может быть у коренных израильтян оно так и работает, но пример Калганова доказывает, что для  «русских» это неактуально. Не думаю, что среди репатриантов найдется человек, имеющий в своей области больше знакомств, чем двукратный чемпион мира и призер Олимпиады. Для спортивной державы вроде Израиля — Михаил фигура государственного масштаба. Для него были открыты двери к министрам, главам федераций… Даже нет смысла перечислять. И что? Я лично с ним не знаком, но позволю себе предположить (опираясь на знакомство с другими спортсменами подобного уровня), что Калганов не искал блатную должность с Бентли от работы и фазендой на берегу Кинерета. Он хотел делать то, что умел делать лучше всех в Израиле: быть тренером в гребном спорте. Обратите внимание: не делать что-то, что умеют делать еще тысячи людей, а делать то, что он умеет делать лучше всех в Израиле! И на благо страны. Не готовить детей на выступления на районных и городских соревнованиях (что тоже прекрасно), а готовить гребцов международного класса. Один из бывших олимпийцев, ныне занятый тренерской работой, сказал мне как-то в интервью, что для того, чтобы выйти на международный уровень достаточно, чтобы ребенок был готов тренироваться и чтобы был хороший тренер. И кто-то поверит, что в Тверии и округе не нашлось ребят, желающих серьезно заниматься гребным спортом?

О проблемах израильского спорта можно писать еще много. О том, что у него нет своего министерства, а занимающие должность министры обычно не имеют никакого отношения ни к спорту, ни к культуре. О том, что важнейшими из видов спорта для Израиля являются футбол и баскетбол, в первом из которых у израильских клубов нет никаких шансов даже в Европе, а во втором отличаются в основном иностранные легионеры. О том, что если вдруг ребенка в Израиле признают перспективным спортсменом, то вся финансовая тяжесть падает на плечи родителей. Можно сказать еще много, но я не об этом. А о себе. Мы с Михаилом почти ровесники, если он не смог найти тех, кто помог бы ему в профессиональной карьере, то какие шансы у меня?

Черная зебра

На самом деле это засада. Подлый удар в спину. Вот так,  без подготовки и  прозрачных намеков, объявить об открытии одного из крупнейших в мире месторождений газа в то время, когда мы собирались продавать им газ. Хотя, если подумать, от египтян можно было этого ожидать. Они 72 километра второй линии Суэцкого канала прокапали всего за год вместо трех, а мы 20 километров метротрамвая будем строить десять лет вместо шести. Причем, обидно не то, что мы не сможем продавать газ Египту и Иордании (а ведь столько копий было сломано вокруг вопроса, сколько продавать, а сколько себе оставить, чтобы снизить дороговизну жизни).  Обидно то, что становится абсолютно очевидно — Эмиратами мы не будем. И все разговоры об особом волшебном фонде для будущих поколений так и останутся разговорами. Политиков. Мало того, что наше правительство за все эти годы так и не смогло решить, что делать со свалившимся на их голову богатством, так теперь этот газ больше никому не нужен. Потому что разработать Левиафан раньше египтян мы все равно не сможем, а в таком случае его, возможно, и разрабатывать не стоит. А если все-таки концессионеры и будут его разрабатывать, то египетский газ нам может и дешевле выйдет.

Так или иначе, мираж богатства растаял. Теперь Дери может тянуть время сколько угодно, можно даже удовлетворить требование СионЛага и пересмотреть все газовые соглашения — все равно надо ждать, пока в египетском месторождении газ закончится. Пару десятилетий у нас есть.

Оптимисты, конечно, скажут, что ничего страшного, жизнь она как зебра — за черной полоской придет белая. Интересно, а про черную зебру они слышали? Черная полоска, за ней еще одна, не менее черная, за ней еще, а в конце большая черная… Ну вы понимаете. У нас именно такой период. Только министр строительства торжественно объявил, что цены на квартиры не упадут в ближайшее время, и  тут же выяснилось, что реформа на рынке сотовой связи — практически единственное серьезное  достижение социального протеста — может накрыться медным тазом.  Насчет цен на жилье заявление министра никого не удивило. Может быть главу его партии Моше Кахлона, который не покладая рук работает, чтобы эти цены опустить, а так никого. Все уже давно поняли (кроме Кахлона), что с наскока эту крепость не взять. И кстати о Кахлоне. Реформа на рынке сотовой связи является его детищем, о чем знают все израильтяне, от мала до велика. Чего они не знают, так это того, что во время реформы крупные сотовые операторы были поставлены в неравное положение по отношению к «сотовым Робин Гудам» типа Голан Телеком. Ради конкуренции Минсвязи шло по отношению к новым операторам  на всевозможные и противоречащие условиям лицензии уступки, а с точки зрения Антимонопольного управления конкуренция оправдывала и крах одной их крупных компаний. Цены на израильском рынке сотовой связи стали одними из наиболее низких в мире, что конечно здорово, но не реально. Долго так продолжаться не могло, и вот наступил момент, когда крупные операторы переходят от прибыли к убыткам, а Голан не в состоянии основать полноценную сеть на территории страны и собирается выйти из игры. Это означает только одно: на рынке сотовой связи начинается процесс консолидации, который найдет свое отражение в росте цен. Насколько? Пока никто не знает.

И вот теперь еще и египетский газ. Такими темпами сюда скоро и черные песцы набегут.

Легко о бирже

Если вы пытаетесь понять, что же произошло на мировых биржах за последние несколько дней, то я предлагаю вам оставить это неблагодарное занятие. И дело абсолютно не в уровне ваших знаний в области финансов и биржи. Просто нельзя понять то, что нельзя понять. Любой специалист подробно и обоснованно объяснит вам сегодня, почему упали биржи в конце недели и почему отрицательная тенденция затем внезапно сменилась на положительную. Но эти объяснения ничего не стоят, ведь на прошлой неделе никто не знал, что биржи упадут, а в понедельник, в разгар падений, никто не знал, что во вторник все закончится. Или не закончится.

Почему падают биржи? Когда-то в молодости я получил исчерпывающий ответ от старшего товарища: биржа падает, потому что есть больше продавцов, чем покупателей. В этом вся правда. На бирже всегда есть покупатели и продавцы (иначе не будет торгов), но что заставляет одних покупать, когда другие продают, или продавать, когда другие покупают — навсегда останется загадкой. Невозможно предсказать обвал на бирже акций. Можно конечно упорно оставаться пессимистом и тогда, когда-либо, ты скорее всего будешь прав и о тебе напишут в финансовой прессе, но это трудно назвать достоверным прогнозом.

Возвращаясь к последним падениям на мировых биржах, можно ли указать причину? Миллион причин. Если считать биржи барометром состояния мировой экономики, то они и подниматься не должны были в последние годы. Но индексы рвались вперед, выискивая положительные стороны там, где их почти не было. Акциям просто не было альтернативы. Учетные ставки на нуле, золото не вариант, другие природные ископаемые и ценные металлы постоянно теряют в цене, в недвижимость все деньги не переведешь — вот биржи и росли. На прошлой неделе тоже ничего нового мы не узнали. О падении темпов экономического роста в Китае было известно, девальвация юаня и валютные войны все время были в заголовках, а обвалы на бирже Шанхая стали привычным делом. В Европе не лучше и не хуже по большому счету уже давно, в США 17 сентября могут поднять учетную ставку — что не есть хорошо для рынка акций, но об этом уже полгода говорят. Может девальвация казахского тенге всех сломала? Никто не знает. Просто вдруг стало намного больше продавцов и точка. В США, кстати, обвалы биржи объяснить проще. Там широко распространена работа с техническим анализом и при достижении определенных минимумов срабатывают автоматические команды «Stop lost». Мол, поигрались и хватит, продаем по любой цене. Понятно, что после этого падения усиливаются.

Что касается Тель Авивской биржи, то здесь все еще сложнее. Попробуй объяснить, почему биржа проигнорировала «Несокрушимую скалу», выборы, отсутствие бюджета,  коалиционные переговоры и нестабильную ситуацию в регионе. Объяснить непросто, вернее объяснение тоже одно  — отсутствие альтернативы. Основными инвесторами являются не частные лица, а крупные страховые и инвестиционные компании, пенсионные фонды, куда каждый месяц мы с вами переводим много денег. Что с ними делать?  Вот деньги и текут на биржу. Небольшая часть инвестируется в заграничные активы, а основная часть в местные. И здесь самое главное: если не обращать внимание на панические заголовки, цель которых собрать побольше заходов, то нас с вами эти падения акций вообще не должны тревожить. По двум причинам. Во-первых, все наши кассы, фонды и сбережения представляют собой диверсифицированные портфели, в которых, ну максимум, 30% акций, а в основном не больше 20%.  Так что если акции падают на 10%, ущерб портфелю составляет 2%-3%.  Не катастрофа. А во-вторых, делать все равно нечего. Управляющие инвестициями, кроме умных статей типа «Куда пойдут биржи» предложить всё равно ничего не могут. Прежде всего, они сами не знают, а биржевая мудрость гласит следующее: «Если все падают, и ты упал, то твои клиенты тебя поймут. Но если ты ушел с биржи, а она выросла, то ты клиентов потеряешь». И кроме того, если все таки какой либо крупный фонд и решит уменьшить позицию в акциях, то при низких торговых оборотах на нашей бирже он положит начало такому снежному кому, что никто не возьмется предсказать чем все закончится.

P.s. Когда начинается настоящий обвал на бирже? Когда начинают падать облигации, составляющие большую часть портфелей. Но пока не стоит о грустном. 

Правильной ли дорогой идём?

Скромные заголовки на экономических сайтах сообщили, что цена на бензин опустится в сентябре не «потому что», а «вопреки». Не потому что цены на нефть продолжают падать, а вопреки повышению акциза на бензин. Автоматическая корректировка этот налога, происходящая раз в четыре месяца, добавит к цене на бензин порядка пяти агорот, чего мы на этот раз не почувствуем благодаря резкому снижению цен на нефть. В принципе нет в этой новости ничего особенного, каждый ребенок знает, что налоги в Израиле составляют более 60% от стоимости литра бензина. Что да вызывает некоторое недоумение, так это нежелание правительства, считающего себя одним из самых социальных, принять решение о заморозке корректировки ввиду того, что налоговые сборы и так значительно превысили запланированные на этот год. Но никто не слышал о реформе в налогообложении, которая приведет к снижению цен на бензин, хотя это наверняка положительно отразилось бы как на дороговизне жизни, так и на развитии экономики. Вместо этого предлагается масса реформ, конечная цель которых не совсем понятна. К примеру, реформа на рынке жилья. В Израиле станет лучше жить, если все смогут взять ипотеку и купить квартиру? Может быть, вместо обещаний снизить цены и попыток убить спрос, стоило бы взять налоговые поступления от продажи жилья и пустить их на строительство социального жилья и квартир, предназначенных под долгосрочную аренду? Вместо этого гении в правительстве, в попытке получить политический кредит на следующих выборах, рубят сук, на котором сидит израильская экономика. Известно, что частное потребление является одним из основных ее двигателей. В последние годы трудно было не обратить внимание на то, что израильтяне не выходят из торговых центров, скупают новые машины, активно летают заграницу и это в то время, когда мировая экономика, в том числе и израильская, находится далеко не в лучшем состоянии. Подобную аномалию объяснили еще в 2013 году, когда  исследование, проведенное Банком Израиля, показало, что происходит это именно благодаря росту цен на жилье. Две трети израильтян, владеющих недвижимостью, почувствовали себя богаче и бросились тратить деньги. Что существенно поддержало израильскую экономику, но вечно это продолжаться не могло, и уже сегодня мы видим падение уровня частного потребления, что немедленно находит свое отражение в падении темпов экономического роста. Правительство, однако,  не воспользовалось предоставленной форой для реализации необходимых реформ. «Открытые небеса» и реформа Кахлона на рынке сотовой связи являются важными с точки зрения дороговизны жизни, но  абсолютно бесполезными с точки зрения развития экономики страны. Занятое важными проблемами политического выживания,  правительство обошло вниманием и  два других важных двигателя израильской экономики. Про положение частных предпринимателей даже и писать нечего — вместо того, чтобы развиваться, они заняты выживанием, а экспортеры — может быть даже первый по важности двигатель местной экономики -  были предоставлены сами себе. Не все, но про традиционную промышленность забыли. Когда, к примеру,  последний раз мы видели сообщение о том, что премьер-министр выехал с бизнесменами подписывать торговые оглашения и открывать новые рынки?  Банк Израиля еще пытался защитить экспортеров, ведя валютные войны, но в остальном они никого не интересовали. Намного интереснее говорить об «экзитах» высокотехнологичных стартапов или о важности строительства новой фабрики корпорации Интел. В результате традиционная промышленность постепенно «загибается», а производство перебирается за границу. Неудивительно, что при таком раскладе правительство находится в полной зависимости у зарубежных корпораций, и премьер-министр готов ради них отменить рекомендации комиссии Шешинского, отказаться от контроля за добычей своего же газа на ближайшие 20 лет и дать максимальные налоговые льготы любому международному концерну, который решит открыть завод в Израиле.

Может быть, пришло время задуматься, куда ведут нас местные Сусанины? Глядя на попытки, которые делает китайское правительство, чтобы избежать снижения темпов экономического роста, просто даешься диву, насколько подобные мелочи не интересуют наше правительство. Сегодня экономика находится в очень подвешенном состоянии и, к сожалению, совсем не от нас зависит, не станет ли завтра намного хуже. 

Кому нужен метротрамвай?

В прошлый  четверг в центре Тель Авива  был полностью перекрыт перекресток Маарив и никто не знает, что будет твориться в центре города, который не спит, и на подъездах к нему, в ближайшее воскресенье. Может быть все будет спокойно, поскольку миллионы израильтян создают сейчас пробки в международном аэропорту. Но они вернутся к сентябрю, и возможно катастрофа начнется тогда. А может быть, она начнется с первым дождем, к которому автомобилисты как всегда не готовы. Но на самом деле не столь важно, когда начнется катастрофа — завтра или через месяц — поскольку никто не знает, когда она закончится. Нам сказали 6 лет? В Иерусалиме обыкновенную трамвайную линию протяженностью 13 километров начали строить в 2000 году и обещали закончить к 2006. Первый трамвай пошел летом 2011 года. При этом объёмы финансирования проекта превысили запланированные на 640%. На 13 километров!!! И кто-то верит, что проект протяженностью 23 километра, из которых 11 приходится на подземные тоннели, завершат за 6 лет? Не принято у нас так, достаточно взглянуть на строительство скоростной железнодорожной ветки в Иерусалим, на строительство трассы Аялон и другие сложные проекты. 

Но стоит, наверное, задать главный вопрос: а зачем нужен этот грандиозный проект, только первый этап которого, по начальным оценкам, будет стоить налогоплательщикам более 20 миллиардов шекелей? Какие проблемы он решит? Проектирование метро в Тель Авиве было начато еще в 70-е годы прошлого века и если до сих пор ничего не было сделано, то может быть в метро в метрополии Тель Авива и нет никакой необходимости? Согласно заявлению правительства, проект метротрамвая позволит уменьшить пробки на дорогах, снизить количество ДТП и уровень загрязнения воздуха и, что важно, приблизить периферию к центру страны. Причем, видимо, последнее было самым важным, поэтому первая «красная линия» приблизит к центру такие города периферии, как Бат-Ям и Петах-Тиква, а затем коснется и совсем дальней периферии — Кфар-Сабы, Герцлии, Реховота, Нес-Ционы. Я не уверен, что их жители чувствуют себя таковыми, но за прокладку к ним линии метротрамвая платить придется и жителям Димоны, Арада, Кармиэля и Кирьят-Шмоне.

Нет, речь не идет о том, что не надо решать транспортную проблему. Решать ее  необходимо, поскольку Министерство транспорта уже долгие годы намного больше внимания уделяет строительству дорог, нежели развитию общественного транспорта,  только поощряя израильтян пользоваться личным транспортом.  В метрополию Тель Авива каждое утро въезжают 530 тысяч транспортных средств, из них 80% — частные автомобили. Всего 20% израильтян едут с утра в Тель Авив на автобусе и на поезде. Но трудно поверить в то, что метротрамвай, с его единственной веткой в черте города,  заставит израильтян оставить дома машину и пересесть в общественный транспорт. В Тель Авиве будет всего пять остановок метротрамвая, в Бней-Браке и Рамат-Гане — 4.  Те, кто будут жить недалеко от остановок, возможно и пересядут на новый вид транспорт, но при этом появление нового транспорта может привести к отмене автобусных маршрутов — как это произошло в Иерусалиме — что может вынудить многих израильтян вернуться к поездкам на личном автомобиле. Статистика показывает, что появление трамвая и железной дороги наносит основной удар по самому дешевому и доступному виду транспорта, перевозящему сегодня большинство пассажиров в Израиле — автобусам, а переход пассажиров с автобусов на другой вид транспорта влечет за собой огромные расходы госбюджета.

На 630 миллионов пассажиров автобусов государство выделяет в год около 3,4 миллиардов шекелей, доплачивая чуть больше пяти шекелей за каждого пассажира. Железная дорога, которая перевезла в 2013 году  всего 45 миллионов пассажиров, то есть порядка 7% от количества пассажиров автобусов,  получила прямые субсидии на работу и развитие в размере почти полутора миллиардов в год. Что означает почти 40 шекелей за пассажира. Что касается метротрамвая, то согласно оценкам, его первая «красная» линия будет перевозить в год 76 миллионов пассажиров. Даже если государство выделит всего 1,5 миллиарда в качестве субсидий, речь идет о 20 шекелях на пассажира.

Что касается снижения количества ДТП, то наиболее тяжелые аварии не происходят в городе, где движение еле двигается. Поэтому единственную проблему, которую может в теории решить метротрамвай — это снизить уровень загрязнения воздуха. В случае, конечно, если прокладка тоннелей не приведет к возникновению других экологических проблем.

Если бы Министерство транспорта действительно стремилось наиболее эффективно решить проблему общественного транспорта с минимальными затратами, то существуют намного более дешевые и менее грандиозные способы, к примеру глубокая реформа автобусного сообщения по всей стране. Что касается метрополии Тель Авива, то прекрасным решением могла быть стать монорельсовая транспортная система, которая будет проходить по эстакаде. Стоимость её строительства как минимум в пять раз ниже стоимости строительства метротрамвая.  На практике грандиозный проект Министерства строительства преследует одну цель: закрепление за Тель Авивом статуса центра, в который будут стремиться попасть каждое утро сотни тысяч израильтян. В результате жители периферии не только не приблизятся к центру страны и потеряют с точки зрения развития рынков жилья и труда, но еще будут вынуждены оплатить мегапроект  из собственного кармана.